«Послушайте песню “Уходим”, и поймете все про этот монумент»
Фото: Алескей Строганов.

Фото: Алескей Строганов.

«Русская планета» узнала, как в Таганроге изготавливали памятный монумент воинам-интернационалистам

В Таганроге в помещении одного из бывших цехов таганрогского комбайнового завода закончена работа над монументом, посвященным воинам-интернационалистам. Создание памятника приурочено к 25-летию выхода советских войск из Афганистана.

Мы с таганрогским дизайнером Владимиром Верготи едем по утонувшим в тумане улицам на окраину города. Там расположен гигант советской индустрии — комбайновый завод.

– Понимаешь, — говорит Верготи, не отрывая глаз от дороги, – после того, как ко мне обратились ребята из «Боевого братства», я сразу подумал, что не хочу делать очередной БТР, символизирующий у нас воинов-интернационалистов. Такая избитая, в общем-то, но ставшая уже традиционной идея — вырывающийся из земли и камней БТР.

Так родился образ «звезды» и уходящих на ее фоне вдаль солдат.

– Мне подумалось, что в моем монументе будут ушедшие ребята. Пусть даже его установят в Сальске, а не в Таганроге. Здесь на плане до сих пор значится БТР, — Володя аккуратно достает из бардачка бумаги и передает мне.

– Ты выиграл конкурс на проект памятника?

– Нет! Никакого конкурса не было. Ко мне по-дружески обратился председатель ростовского отделения общероссийской организации ветеранов «Боевое братство» Евгений Привалов и спросил: «Поможешь?» Я и ответил, что помогу. О деньгах даже и разговора не было. Ты или помогаешь этому, или зарабатываешь на этом. Обычно я очень быстро все придумываю, но иногда мучительно и долго вынашиваю идеи. В этот раз все получилось довольно быстро. Ну а когда идея уже есть, надо думать, как ее воплощать. Вот так и пришли к окончательному проекту. Женя Привалов, кстати, тоже был рад, что мы отошли от идеи с БТР. Получились в итоге солдатские силуэты, вырезанные в металлической звезде. В прорезанные силуэты солдат будет попадать свет, делая их образы, уходящие в небытие, светлыми. Так мы визуализируем и материализуем то, что называют «светлой памятью».

Резали два раза

Приехали. Заходим в огромный цех, где все гудит, гремит и искрит. Сварочный аппарат, газовые баллоны, буры, перфораторы.

– Заказчики что-то медлят с вывозом готовой продукции, — перекрикивая шум, объясняет мне главный инженер предприятия Игорь Набатников. Его считают основной движущей силой проекта. — Я тут немного уже голос сорвал, работая над «Звездой». Хоть и начали вроде обдумывать идею осенью, а воплощение все равно получилось к дате.

Успеваете?

– Успеваем!

– Показать вам его нормально? — спрашивает Набатников и подводит меня к окрашенным уже частям будущего монумента. — Ребята краном приподнимут, а вы сфотографируете. Может, поговорить с кем-то хотите? Вот Костя Загнеев, — Набатников останавливает рабочего, который занят сваркой.

Константин Загнеев работает над монументом с первого дня реализации проекта.

– А что тут рассказывать. Такой же заказ, как и остальные, хотя и есть в нем что-то особенное. Все-таки он посвящен памяти погибших.

Я прошу Владимира Верготи рассказать, как устроен процесс изготовления монумента.

– Мы взяли тонкий металл, на нем все силуэты уже были обозначены. Резали два раза. Плазморез режет четче по тонкому металлу, чем по толстому. Потом сплотили сваркой эти два листа и наварили по периметру широкую полосу, на которой звезда и будет стоять.

Ко дню 25-летия успели

Мы стоим на большой металлической пластине и смотрим на прислоненные к ней части будущего монумента.

– Ну что, приподнять? — рядом с нами появляется Игорь Набатников. Он тут же передумывает. — Нет, давайте, мы сегодня вечером их будем грузить в машину на отправку — приезжайте, вот там и щелкнете.

– Сейчас к монтажу будем приступать, — говорит руководитель сальского отделения «Боевого братства» Олег Федяков. — Сколько лет мы бились над этим монументом. Ходили по инстанциям, клянчили, просили. Никто не отказывал. Спасибо главе района — выделил землю, а наш депутат Заксобрания области помог сделать фундамент. Ну а потом Евгений Привалов подключился и все взял на себя. Ему нашего «спасибо» мало будет.

– Что будет изображено на монументе, кроме этой «звезды» с силуэтами солдат? — спрашиваю я Володю Верготи. Мы сидим в маленьком кабинетике Набатникова на окраине цеха. Володя показывает мне эскиз. — Вот это будут два камня. Я планирую на одном названия всех горячих точек обозначить. Всех, о которых знали и о которых умалчивали. На другой, возможно, будут списки погибших. Ну и лавочки там будут, часовня.

– Работа над проектом еще не завершена. Но главное ко дню 25-летия вывода советских войск из Афганистана мы сделать успели — добавляет Набатников. — Давай я тебе нарисую, как все будет, — на бумаге появляется макет будущего монумента. Два камня, тесно прижатых друг к другу, образуют горное ущелье, в которое входит группа бойцов. Их силуэты прорезаны в металлических листах, образующих звезду. Сверху памятник образует крест.

За процессом с интересом наблюдает мужчина лет сорока пяти, слесарь-сбощик металлоконструкций Вячеслав Бутенко. Набатников просит его рассказать, как он работал над «звездой».

– Творческая была работа, не совсем обычная, — немного подумав, говорит Бутенко. — Подходили коллеги с самого начала, интересовались, что да как. Узнавали, что делаем, кивали уважительно. Говорили вне работы много об этом. Я сам служил в Чехословакии мотострелком в 84-86 годах. Писал заявление в Афганистан, чтоб отправили. И до этого еще в военкомате писал. Но не вышло. А из Чехословакии мне сказали, что туда не отправляют. Идея памятника хорошая.

– А тут еще история была с фигурами солдат, которых мы вырезали из листов, — продолжает Набатников.

– Говорят, их рабочие разобрали по домам?

– Есть тут у нас паренек из Федоровки. Сколько лет бьется с местной администрацией, чтобы на кладбище был монумент погибшим воинам, а те ни в какую. Так вот, у него идея — самостоятельно изготовить монумент на кладбище села с этими фигурами. Так что будет еще у этой истории продолжение.

Где брал силуэты солдат? – переспрашиваю Верготи, потому что в каморке инженера стало шумновато. Набатников приоткрыл окно в цех и заваривает кофе.

– Знаешь, я две недели перелопачивал все доступные мне снимки с афганской войны и других конфликтов. Выбирал, с разным обмундированием – здесь и каска, и панама, и фуражка. Оружие разное. Специальности — радист, пулеметчик, снайпер. Последних двоих взял с одного «афганского» фото — вереница солдат уходит на задание в ущелье. И предпоследние там — пулеметчик и радист. Они, двое, у меня тоже в конце, уходят вдаль. Между двумя камнями монумента, как будто входят в ущелье.

«От ржавой брони мы отказались»

Мы снова стоим около «звезды». Ее общая длина — 13 м, высота около 4 м, вес ровно 6 тонн.

– Чем покрашена? Хорошей краской. Немецкой «Хаммер». Смешали три цвета — красный, коричневый и золотой. Очень хорошая краска! Но я все равно вчера, учитывая погодные условия, заставил все части сначала прогреть так, чтоб ни капельки влаги не было, — рассказывает Набатников. — А вообще первоначально была идея стилизовать звезду под клепаные листы брони, заржавевшие от времени, — добавляет Владимир.

Он говорит, что есть краска, которая окисляет металл под многолетнюю ржавчину и полимеризирует его навечно. И получается вечно ржавая поверхность.

– Но потом меня убедили, что наши люди ржавый памятник не поймут. Все время будет возникать желание счистить ржавчину и покрасить серебрянкой. Так что от ржавой брони мы отказались.

– Начиналось все года три назад, — вспоминает председатель ростовского отделения общероссийской организации ветеранов «Боевое братство» Евгений Привалов. — Почему в Сальске? Потому что это один из городов Дона, где нет вообще никакого монумента или памятного знака, посвященного павшим в мирное время в локальных конфликтах воинам. В общем, мы обратились в местную администрацию. Чиновники нам не препятствовали, но, знаете, бумажная волокита продлилась достаточно долго. И вот нам выделили место под будущий монумент, на котором мы год назад 15 февраля заложили камень и пообещали, что через год здесь будет стоять памятник. И вот свое обещание выполняем — летом залили фундамент, сейчас сделали звезду. Мы – ветеранская организация, денег на все это нет. Но вот Володя Верготи, когда я к нему обратился, бескорыстно сделал свою работу. Его идея нам всем понравилась, стали воплощать. Все делаем собственными силами. Помогают многие. Просто по-человечески и без пафоса. Глядя на Володину идею «звезды», я вспомнил газмановское: «Ну куда ж вы уходите, может, прямо на небо…». И еще – послушайте группу «Ростов» и их песню «Уходим», чтобы понять все про этот монумент.

Искусствовед Марина Григорян считает, что технология, с помощью которой изготовили памятник, довольно редко используется при создании мемориальной пластики, тем более такого значительного масштаба. Найденное Владимиром Верготи решение предельно экономично, но в то же время весьма эффектно. То есть при минимальных затратах удается достичь высокого художественного воздействия.

Основная часть памятника — звезда — уже смонтирована, ее можно увидеть в Сальске на ул. Свободы.

«Такая долгая жизнь» закончилась Далее в рубрике «Такая долгая жизнь» закончиласьКорреспондент «Русской планеты» вспомнил о своих встречах с писателем Игорем Бондаренко Читайте в рубрике «Титульная страница» Будут ли оплакивать Владимира Путина?Попробуем объяснить неистребимую любовь русского народа к самодержцам Будут ли оплакивать Владимира Путина?

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Расширяйте круг интересов!
Мы пишем об истории, обороне, науке и многом другом. Подписывайтесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»